Нет ни одной боли сильней, чем эта!
Ни один ребенок, ни один взрослый не забудет этот день и каждый, идя на этот "праздник -1 сентября" будет мысленно с этими детьми и их родителями...
Даже если заведомо знаешь, что до правды докопаться невозможно,
что её просто нет – одной и однозначной – всё равно,
это не значит, что её не следует искать.
Эта школа Беслана горит в небесах….
Это Родина –вся в материнских слезах.
Эти белые розы от крови черны
Это раны распятой террором страны…
1 сентября в Беслане стало синонимом вечной скорби, неутихающей российской боли. Маленький, никому неизвестный городок стал символом мужества, стойкости, великого горя и страданий.
Беслан, как Хатынь, как Бухенвальд : это навсегда.
…Этот мир ушел далеко, но не вперед, в сторону от нормальной здоровой жизни: практически основные акценты человеческих ценностей, жизненных приоритетов оказались сильно смещены.
Это осознаешь более четко, когда происходит зло перед лицом которого все бытовые проблемы и наши людские переживания еще недавно казалось бы столь значимые, вдруг сдуваются, как воздушный шар и теряют, всякий смысл.
Таких вещей, как трагедия Беслана, не должно быть вообще, не должно быть никогда. Этот удар был сокрушителен и бил он по самому святому для человека - по маленьким беззащитным детям, по будущему. И Человек принял этот удар не подготовленным и растерянным. Он позволил этому удару Быть…
Эта боль оглушила весь осетинский народ, вывела из душевного равновесия сотни тысяч людей во всем мире.
Она ранила наши сердца, и хотим мы этого или нет, но раны эти не скоро еще заживут, и эхо трагедии Беслана долго еще будет откликаться сердечной болью и слезами женщин разных национальностей, которые оплакивали осетинских детей, но в слезах этих был и подавляющим, могучим материнским инстинктом вызванный страх за своих собственных детей. А еще этот сентябрь в кровавые оттенки окрашенный, надолго поселит в наших сердцах чувство бессилия и горечи.
Сегодня каждый без исключения бесланец нуждается в психологической и физической реабилитации, в восстановлении себя и никакая страна, никакая гуманитарная организация не в состоянии обеспечить им это для более-менее полноценного возврата к жизни - спокойной, наполненной будничными заботами, радостями и печалями. И никто не в силах разделить с этим городом то, что произошло.
Никто не сможет переложить хотя бы малую толику этого трехдневного безумия на свои плечи. Мы можем лишь сопереживать и сострадать, и пытаться найти выход гневу и боли - пока тщетно.
А еще мы можем понять их боль и не оттолкнуться от нее внутренне, не самоотстраниться от ее неподъемного груза,
Есть нечто, что нельзя простить и нельзя понять - это попытка морально распять человека, сломать его дух, растоптать его достоинство.
И никакие идеалы не могут служить оправданием, ибо это люди глубоко неверующие, настолько глубоко, что посмели посягнуть на творение Божье, творение Аллаха Всемогущего и попрали Библию Коран, сурово запрещающие трогать не только женщин и детей, но и слабых, немощных мужчин.
…Память удивительная штука, все это время она возвращает нас к первой школе и в голове навсегда уже застряли и огромный ОМОНовец, который, как ребенок, рыдает, прижимая к себе хрупкое тельце маленькой девочки и парень,
.jpg)
который стоит на коленях на почерневшей от людского горя земле Беслана и бессильно царапает эту землю своими руками.
Память наша заставляет всплывать обезумевшие от страдания лица матерей и отцов, огромные - в пол-лица, распахнутые глаза детей, которых взрослые не- человеки вышвырнули из детства и заставили познать самую страшную и самую низкую оборотную сторону жизни, и их недетские душевные раны, которые долго придется залечивать и реабилитировать, чтобы ребята забыли свое, такое взрослое горе и убили страх в своих сердцах - если это в силах человеческих и Божьих.
А как быть со всем городом, с каждым большим и маленьким горожанином Беслана, которые в те три дня прожили и пережили самые страшные, ни пониманию разума, ни чувствам неподвластные страдания, свой собственный момент истины, который разделил жизнь города на "до" и "после". До праздничной линейки 1 сентября и после давящего ужаса маленького конца света в отдельно взятом городке 3 сентября.
Что касается народа Осетии, то, возможно, мы не смогли полноценно пройти через наши предыдущие испытания, не смогли понять и усвоить уроки Прошлого.
В своей разобщенности и непонимании, в равнодушии и неприятии друг друга мы позволили уничтожать себя и физически, и духовно.
Есть надежда, что Беслан не пройдет бесследно для моего народа, что горечь от потерь трансформируется в созидание, позволит спаять весь народ - накрепко. Позволит ему проявить всю мощь и волю, талант и духовную силу.
.jpg)
Боль - туго натянутая струна, вернее бесконечное множество струн - жил, которые того и гляди лопнут. Она застряла внутри и не может проявиться, найти выход в виде крика или слез.
Осетия должна пробудить себя в жизнь от Этого, пробудить в реальность, в которой надо будет учитывать уроки сентября. Нужно будет учиться защищать себя и своих детей, ибо "Осетия - это не полигон для таких страшных испытаний" (Э. Кокойты)- –Президент Южной Осетии.
.jpg)
P.S.
Круглыми сиротами стали семнадцать детей, часть из которых находилась 1-3 сентября 2004 года в сош №1 г. Беслан.
Инвалидность первой и второй группы получили свыше 140 человек, в том числе 73 ребёнка.
Сотни взрослых людей, предлагавших себя в заложники.
11-летний мальчишка, который побежал, было после взрыва, но вернулся, чтобы помочь раненому другу и был убит.
Пожилой учитель физкультуры, грек по национальности - он пошел на верную гибель, бросившись на защиту детей.
Обычный полноватый пацан, лет 11-12, которому безграничное мужество позволило вернуться в спортзал и вытащить 7 или 8 совсем маленьких детей.
Маленькая девочка - первоклассница, которую вы могли запомнить по передаче Мамонтова, она не только вернулась в спортзал после взрыва - за своей мамой, но до этого раздобыла целый стакан воды и отдала его отцу - диабетику, терявшему уже сознание.
Раненный осетинский мальчик, со смешным акцентом выговаривающий в больничной палате Москвы: "Я - осетин. Я – мужчина! Мне не больно!" И это было сказано сильно.
Восьмилетний заложник, не в силах больше смотреть на мучения мамы, вынул из кармана пятирублевую монету и протянул ее террористу: -Дядя, возьми деньги и отпусти маму… Добро неистребимо, и оно сильнее зла…
…Это малая толика примеров запредельного мужества жителей Беслана. Вы - символ своей родины, символ ее отваги, героизма и любви к ближнему. И в таких наших детях - дигорцах, иронцах, кударцах - будущее Осетии, ее надежда, ее воля к жизни..
В заключение напомню старую притчу о равнодушных, чьё молчание позволяет торжествовать злу и насилию. Куда хуже этих пассивных соучастников всех преступлений те, кто не просто молчит, а лжёт, рассуждая о вселенском несчастье, унесшем вдвое больше жизней, чем это было в белорусской Хатыни.
.jpg){kind=small}
ЗАЖГИ СВЕЧУ ПАМЯТИ!..
